Цикл «Неудобная оппозиция»

Что выведет на улицы миллионы.

Мнение редакции «Проекта» об итогах митингов 21 апреля

22 апреля 2021

Объявив назначенную на 21 апреля акцию в поддержку Алексея Навального той самой «финальной битвой между добром и нейтралитетом», последним шансом помешать «погружению страны во тьму», соратники лидера российской оппозиции установили очень высокую планку для оценки ее результатов. Их легко понять. На кону была максимально возможная ставка. На этот раз речь шла не о требовании наказать коррупционеров, провести честные выборы, допустить до них оппозицию вообще или Навального в частности. По мнению врачей, теперь, после трех недель голодовки в колонии речь идет не просто о здоровье, но о жизни человека, с которым связывают надежды на будущее уже не сотни тысяч, а миллионы людей. И если Фонд борьбы с коррупцией, который через несколько дней, очевидно, будет объявлен судом экстремистской организацией и фактически разгромлен, можно будет попытаться возродить в оболочке другого юридического лица, то вернуть к жизни Навального будет невозможно.

Восприняли ли эту заявку всерьез в Кремле, ФСБ, МВД и пр. — всех тех подразделениях собирательного режима, который видит в Навальном и, шире, в массовом, миллионном протесте главную угрозу себе? Появились ли у них опасения, что возмущение планомерными попытками физической ликвидации главного оппонента власти может оказаться куда масштабнее, чем недовольство нечестными выборами, несменяемостью власти или коррупцией? Что это случай, когда killer из фигуры речи «западных партнеров» может стать предельно конкретным публичным обвинением? Это менее очевидно.

Полиция на митинге в Москве. Фото: Скабелин Игорь

Зато не политический, но гуманитарный масштаб возможной катастрофы — гибели в XXI веке в тюрьме главного оппозиционера от банального неоказания должной медицинской помощи — оказался очевиден для ста с лишним известных всему миру людей, которые подписались под обращением к президенту России. Известных всему миру, но, вероятно, ничего не значащих для формального адресата письма.

Проблема, однако, еще и в том, что, кажется, убедить знаменитостей масштаба Джоан Роулинг выступить в поддержку Навального оказалось проще, чем убедить сделать это его, Навального, сограждан. Ну да, она одна, а нас много.

Митинг в Москве. Фото: Скабелин Игорь

Сложно сказать наверняка, сколько человек приняли участие в митингах 21 апреля (оценки МВД редко имеют отношение к реальности) и какой процент тех, кто заявил о готовности выйти на акцию поддержки, действительно сделали это, но вряд ли стоит тратить время и силы на яростные споры о какой-либо конкретной цифре. И потенциальные, и реальные участники акции знали: выходя на несогласованный митинг, они рискуют получить электрошокером в грудь, ногой в живот или резиновой палкой по ребрам, быть задержанным (21 апреля, по данным «ОВД-инфо», были задержаны 1776 человек, из них почти половина — 805 человек — в Петербурге), провести ночь в автозаке или в отделении полиции, получить десять/пятнадцать/двадцать суток ареста или десять/пятнадцать/двадцать тысяч рублей штрафа, вылететь из университета или потерять работу. А при определенном, не то чтобы совсем нереалистичном развитии событий могут по «дадинской» статье Уголовного кодекса оказаться там же, где и Навальный — за решеткой, и протестировать тюремную медицину на себе. И в результате 21 апреля на митинги в поддержку Навального вышло столько людей, сколько вышло. То есть вышло-то много, но все же не столько, сколько должно было бы выйти на действительно «финальную битву». Не миллион, не два, не десять. Даже не полмиллиона, который планировали собрать штабы Навального. А ведь и миллион человек — это меньше одного процента населения России.

Митинг в Москве. Фото: Скабелин Игорь

Но если угроза жизни лидеру оппозиции не может вывести на улицу миллионы возмущенных людей (как не выводят коррупция, нечестные и несвободные выборы, духота застоя и т.д.), то что может? Что для нас сегодня абсолютная, безусловная ценность, которой никак нельзя поступиться? Что общество действительно не позволит власти сделать под страхом этих миллионных протестов? Есть ли вообще сейчас что-то настолько для нас значимое? Это трудный, но крайне важный вопрос, на который российскому обществу хорошо бы сформулировать ответ, не дожидаясь разведки боем с той стороны.

Расследования — это дорого, но это того стоит

Оформив ежемесячное пожертвование «Проекту», вы поможете нам делать еще больше важных и громких расследований. Так вы поддержите всю расследовательскую журналистику в России!

Поддержать «Проект»

Подпишитесь на материалы «Проекта»
Поиск