Цикл «Тюрьма и воля»

Госкорпорация «Правосудие».

Часть первая.

Исследование о том, можно ли доказать невиновность в российском суде

Александр Соколов, 15 мая 2019


По Конституции судебная власть должна быть независимой. Ее назначение не только в охране закона, но и в уравновешивании законодательной и исполнительной ветвей власти. Насколько суды отвечают этим требованиям, лучше всего говорит качество уголовного судопроизводства. Ведь в споре обычного гражданина и государства ставки тут максимально высоки — свобода, а иногда и жизнь. По статистике, один из десяти наших знакомых или близких сталкивался с уголовным преследованием в последние 10 лет (*: или в среднем около 1 миллиона взрослых граждан каждый год, следует из данных Росстата и Судебного департамента*). Могут ли они доказать невиновность, если не делали ничего плохого? В этом материале мы расскажем, сколько шансов на оправдание у российских подсудимых.

Александр Соколов — кандидат экономических наук, журналист, в 2015 году был осужден на три с половиной года колонии по статье «экстремизм» — по обвинению в организации референдума об оценке деятельности президента России. Провел в заключении в общей сложности три года и один месяц. Правозащитный центр «Мемориал» признал Соколова политическим заключенным.

Оправданий с каждым годом все меньше

Число оправдательных приговоров постоянно падает. Формой оправдания является также прекращение дела с реабилитацией, но их тоже критически мало.

Большинство россиян убеждены в обвинительном уклоне отечественного судопроизводства и не доверяют судам (*, говорят опросы Левада-центра № 1, № 2, ФОМ, ВЦИОМ*). Половина граждан не чувствуют защиты закона по следующим причинам: суды нечестные, власти трактуют право в своих интересах, а элита ставит себя выше закона. По качеству уголовного правосудия Россия заняла 101 место из 126 стран (* в рейтинге Верховенства права за 2019, где находится на одном уровне с Мадагаскаром и Нигером*).

«По-прежнему доминирует обвинительный уклон: вместо того, чтобы пресекать отдельные нарушения, закрывают дорогу, создают проблемы тысячам законопослушных, инициативных граждан», — как будто соглашается Владимир Путин. Из года в год (* 2001 — 2005 — 2010 — 20122012 — 2016 *) президент констатирует наличие проблемы, но оправдательных приговоров становится только меньше.

Состав привлеченных к уголовному суду в 2018 году

Среди 885 тысяч подсудимых оправдательный приговор вынесли 

по 1 из 425

Примечания и источники (!

Примечания:
1. Данные по всем судам общей юрисдикции.
2. Данные по 1-ой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).

Источник:
Расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС РФ (форма №1)
*)

В 2018 году российские суды рассмотрели уголовные дела 885 тыс. человек. 682 тыс. были осуждены. Лишь 2082 подсудимых добились оправдательного приговора. Это один из 425 представших перед судом.

По сравнению с 2017 годом оправдательных приговоров стало меньше на 151, а их доля снизилась с 0,239% до 0,235%, достигнув исторического минимума в постсоветской России. В 90-е годы суды выносили оправдательные приговоры в 0,3–0,4% случаев.

Как часто суды выносили оправдательные приговоры

В 90-е доля оправдательных приговоров была 0,3-0,4%, сейчас — 0,24%

Примечания и источники (!

По годам
Примечания:
1) Оценка по всем судам.
2) Оценка по 1-ой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).
3) Привлечено к суду – лица, дела которых рассмотрены судом по существу (осуждены, оправданы, дела прекращены, принудительное лечение).
4) Данные о привлеченных к суду (П) за 1990-1999 гг. – оценка на основе числа осужденных (О) из расчета, что отношение П / О = 120%, то есть было на уровне 2001-2005 гг. 5) За 2000 год: нет данных.

Источники:
1) За 1990-1999 гг.: оценка по данным статистики Минюста РФ // Советская юстиция, 1992, №19-20, с.30; Российская юстиция, 1994, №5, с.52; 1995, №6, с.49; 1997, №6, с.52; 1998, №6, 8; 1999, №8; 2000, №7; а также данных из «Концепции судебной реформы», Лунеев В.В., с.805, Долгова А.И., с.109, Абрамов А.В., с.164.
2) За 2001-2018 гг.: расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС РФ (форма №1)

По судам
Примечания:
1) Оценка по всем судам.
2) Оценка по первой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).
3) Дело возвращено прокурору: лица по этой категории не входят в число подсудимых, % приведен для сравнения.

Источник: расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС России (форма №1).
*)




Как чиновники и эксперты оправдывают малое число оправданий

Александр Бастрыкин 
Глава Следственного комитета
 РФ 

Следствие стабильно и качественно работает.

Юрий Чайка
Генеральный прокурор

В системе работают профессионалы. Если мы берем дело, есть веские основания. Низкий процент оправданий – общемировая практика, мы на уровне демократических стран.

Владимир Маркин
Бывший пресс-секретарь Следственного комитета РФ

У 90% подсудимых государственный адвокат, который не заинтересован работать эффективно  

Владимир Давыдов
Зампред Верховного суда
 РФ 

Из 100 подсудимых 90 признают вину.

Вячеслав Лебедев
Глава Верховного суда РФ

Незаконный оправдательный приговор вреден для общества. Каково людям, которые будут страдать от этого? Оправдывать надо только если есть основания.

Дмитрий Медведев
Премьер-министр РФ

Судьям неудобно выносить оправдательный приговор, ставя под сомнение доводы следствия.  

Татьяна Москалькова
Уполномоченный по правам человека

Сегодня оправдательный приговор — это как бы брак в работе следователя. Суды боятся оправдательных приговоров.

Вадим Волков
Глава Института проблем правоприменения

Судьи мало значат в этом «конвейере». Они не могут поставить под угрозу карьерный интерес следователей и прокуроров.

Тамара Морщакова
Экс-судья Конституционного суда
 РФ

Несменяемой власти не выгоден независимый суд. Как следствие решило, так и будет.  

В ответ на критику о мизерном числе оправданных судебные власти говорят о том, что много дел суды прекращают.

Действительно, дела 22% подсудимых в 2018 году суды прекратили, но в основном по нереабилитирующим основаниям, то есть когда обвиняемый не спорит по существу (*: 2/3 прекращенных дел — это те, кто примирился с потерпевшим, 9% — деятельно раскаялся, еще 18% — кому назначили судебный штраф по ст. 25.1 УПК РФ, то есть также в результате примирения и возмещения ущерба*). От суда тут мало что зависит: разве что он может не признать факт примирения или возмещения ущерба. К тому же такое прекращение дела ничего плохого не говорит о работе силовиков: обвиняемый все признал, раскаялся, значит дело заводили и расследовали не зря.

Другая особенность: 99% прекращенных дел — небольшой и средней тяжести (*, по которым грозило не более 5 лет лишения свободы*). По тяжким и особо тяжким составам дела почти не прекращают.

Если суд или следователь видят, что нет состава или события преступления либо человек непричастен, закон требует прекращать преследование (!, указывают статьи 2427 УПК РФ*). Но в 2018 году лишь в отношении 1722 подсудимых (*(0,19% привлеченных суду)*) дела закрыли с реабилитацией.

По этим же основаниям (нет события, состава преступления) суд обязан выносить оправдательный приговор (!, говорит ст. 302 УПК РФ*), поэтому прекращение дела по реабилитирующим основаниям близко по своей сути к оправданию. Еще одна общая черта — возникает право на реабилитацию (!, следует из ч.2 ст. 133 УПК РФ*). Далее всех, кого суд признал невиновными путем вынесения оправдательного приговора или прекращения дела с реабилитацией мы будем называть оправданными.

В 2018 году суды признали невиновными 3804 человек, или 0,43% от всех подсудимых. По сравнению с 2016 годом – падение в 4 раза.

Как менялось число оправданных в 2001-2018

За последние 2 года доля оправданных упала в 4 раза

Примечания и источники (!

Примечания:
1) Оценка по всем судам.
2) Оценка по 1-ой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).
3) Оправданные = Оправдательный приговор + Дело прекращено по реабилитирующим основаниям

Источник: расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС РФ (форма №1).
*)

Как оправдывали в СССР

Уровень оправдательных приговоров в раннесоветское время был более 10%. Связано это не только с невысоким качеством следствия. Во многом это результат преобразований — судей провозгласили народными и стали избирать.

1 из 14

приговоров общеуголовных судов после войны были  оправдательными 

Примечания и источники (!

Примечания:
1) Оправдательный вердикт среди приговоров – число лиц, по которым вынесены оправдательные приговоры, среди всех приговоров (оправдательных и обвинительных), без учета лиц, дела в отношении которых прекращены судом, а также признанных невменяемыми.
2) Данные по СССР приведены по общим судами, без учета специальных и товарищеских судов.
3) Данные по России представлены по всем судам. 4) Данные по СССР за 1991 отсутствуют.
5) При оценке числа оправдательных приговоров по периодам правления данные по смежным годам отнесены и к одному, и к другому правителю. 


Источники:
1) За 1990-1999 гг.: оценка по данным статистики Минюста РФ // Советская юстиция, 1992, №19-20, с.30; Российская юстиция, 1994, №5, с.52; 1995, №6, с.49; 1997, №6, с.52; 1998, №6, 8; 1999, №8; 2000, №7; а также данных из «Концепции судебной реформы», Лунеев В.В., с.805, Долгова А.И., с.109, Абрамов А.В., с.164.
2) За 2001-2018 гг.: расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС РФ (форма №1)
*)

К концу СССР власть все больше переходила номенклатуре, от судей требовалась послушность. В итоге выборы были формализованы, судьи срастались с исполнительной властью и силовой системой (*, говорится в исследовании Института проблем правоприменения (ИПП) «Российские судьи: социологическое исследование профессии»*).

Это сказалось и на уровне оправдательных приговоров, которых становилось все меньше. При Иосифе Сталине 1 из 14 приговоров общеуголовных (народных) судов был оправдательный. Не случайно народные суды малозаметны в репрессиях (*: на них пришлось около 0,22 из 3,8 млн (менее 6%) осужденных за контрреволюционные преступления в период 1923-1953 гг. и менее 2% смертных приговоров в 1937-1947 гг.*). При Юрии Андропове — лишь 1 из 425 приговоров был оправдательный.

Шанс оправдаться — у многих ли он есть?

3/4 осужденных полностью признают вину и соглашаются на особый порядок. Полностью отрицают вину лишь 4% подсудимых. Шанс на оправдание есть только у них, но и он невысок.

Рассмотрим довод властей о поголовном признании вины. Во многом он справедлив.

С 2002 года в России активно применяют особый порядок судопроизводства. По нему обвиняемый полностью соглашается с обвинением, и приговор выносят без изучения доказательств. Следствию и суду это выгодно — не надо работать. Кроме того, такой приговор не смогут обжаловать по существу. Подсудимый же надеется получить мягкое наказание.

В итоге доля лиц в особом порядке выросла до 71%: в 2018 году из 682 тыс. осужденных 485 тыс. соглашались на него. То есть 7 из 10 граждан осуждают по сути на одних только признательных показаниях (!, хотя Верховный суд не раз подчеркивал, что признание вины не может быть «царицей доказательств»*).

По факту полностью признавших вину еще больше, ведь не все желающие смогли взять особый порядок. По особо тяжким преступлениям это не предусмотрено (*. Если предположить, что доля желавших взять особый порядок по этой категории была не выше, чем по тяжким статьям (около 60%), общее число полностью признавших вину будет около 507 тыс. человек — 74%*). Также есть те, кто хотел и имел право взять особый порядок, но кому отказали. Например, против может быть потерпевший (*: при особом порядке он теряет рычаг воздействия на подсудимого, поскольку суд не станет рассматривать гражданский иск*).

Взятие особого порядка не обязательно означает виновность подсудимого и тем более доказанность вины. Самооговор, лживые показания подельников, сфабрикованная экспертиза, пытки, шантаж, отсутствие знаний или средств на защитника — многое заставляет обвиняемых терять надежду на справедливость в суде. Следователи используют длительное содержание в жестких условиях следственного изолятора (СИЗО) как прием давления, вынуждая обвиняемых выбирать особый порядок: и срок меньше, и в колонию поскорее, и УДО ближе. Не веря в правосудие, люди просто хотят смягчить свою участь (*, согласна экс-судья КС Тамара Морщакова*).

Чем грозит особый порядок

В США 98% дел в федеральных судах проходили со сделкой о признании вины (guilty plea bargain). Более 66 стран уже скопировали себе подобную систему. Россия тоже один из лидеров.

Такой механизм сокращает судебные издержки, но зато выше угроза коррупции, нарушений прав человека и подрыва правосудия (*, говорится в докладе Fair Trials*). Следователи помогают обвиняемому оговаривать не только себя самого, но и других лиц (*, не скрывает даже генпрокурор Юрий Чайка*). Если один из привлеченных по делу пошел на сделку, это ставит крест на защите всех остальных (*, отмечают адвокаты Сергей Афанасьев и Юрий Новолодский*). В итоге сажают невиновных.

Простой пример. Благодаря новым технологиям следствия (анализ ДНК и проч.) в США с 2010 по 2018 год оправдали 1184 невинно осужденных, сидевших уже многие годы. Из них 367 (31%) ранее заключали сделку о признании вины (!, следует из данных Национального реестра оправданных*).

Сколько граждан полностью отрицают вину

В 2018 году из 885 тыс. подсудимых полностью отрицали вину только 

4,3%

Примечания и источники (!

Примечания:
1) Оценка по всем судам.
2) Оценка по 1-ой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).
3) Осужденные в особом порядке – по нормам гл. 40 УПК РФ.
4) Не смогли взять особый порядок: полностью признали вину, но осуждены по особо тяжким статьям (около 22 тыс. чел.), полностью признали вину, но в особом порядке отказано.
5) Признали вину частично — это осужденные в общем порядке, которые: признали вину частично (не по всем статьям или эпизодам) и пишут жалобу разве что только на изменение части приговора либо его смягчение; отрицали вину в суде 1-ой инстанции, но после приговора не стали его обжаловать (косвенно признали вину), др.
6) Доказывают полную невиновность – осужденные в общем порядке, которые продолжили доказывать невиновность и подали жалобу на полную отмену приговора.
7) Не признают вину – доказавшие невиновность (оправдательный приговор, дело прекращено с реабилитацией), а также доказывающие невиновность.

Источник:
Расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС РФ (форма №1, форма №6)
*)

На другом полюсе те, кто полностью не признает вину. Из доступной статистики об уровне несогласных с обвинением говорит количество поданных апелляционных жалоб на отмену приговора. Ведь если подсудимый убежден в своей невиновности, он наверняка подаст жалобу, чтобы иметь шанс добиться справедливости выше.

В 2018 году подано 34 тыс. жалоб на отмену приговора (см. «Как мы считали»). Вместе с 3,8 тыс. оправданных, которые успешно доказали невиновность, общее число отрицающих вину будет около 37,8 тыс. чел., или всего 4,3% привлеченных к суду.

Из нашей, скорее, заниженной оценки следует, что шанс оправдания в российских судах в 2018 году составил около 10%. И это будет, наоборот, слишком оптимистичная оценка.

Но и с ней, как и со «средней температурой по больнице» не все так просто. Многое зависит от вида суда, тяжести обвинения, наличия меры пресечения.

На следствии: почти все расследованные дела идут в суд

Следователи слабо фильтруют уголовные дела. Прекращение дела с реабилитацией не выгодно и происходит только в 0,2% случаев. Отсев если и идет, то на стадии до возбуждения, либо путем отказа от работы над делом.

Другой частый ответ представителей Фемиды на упреки в обвинительном уклоне: силовики так хорошо работают, что в суд идут только качественные обвинения. Действительно ли это так?

В 2018 году в России зарегистрировали 9,6 млн сообщений о преступлениях. Из них по 6,6 млн отказали в возбуждении уголовного дела. Это означает, что доследственная проверка сообщения не установила факт преступления, самого подозреваемого, либо у силовиков есть сомнения, что удастся доказать вину (*, отмечают эксперты ИПП*).

По 1,8 млн сообщений (19%) следователи уголовные дела возбудили. Возбуждение дел проходит через прокуратуру (!, следует из ст. 37 УПК РФ*). И тут должен был бы идти первый отсев открытых дел. Но его не происходит. Прокуратура отменяет лишь 1% открытых материалов (*, хотя генпрокурор Чайка приводит этот показатель как доказательство отсутствия обвинительного уклона*). Зато активно отменяет отказы в возбуждении дел — 1,4 млн (21%) в 2018 году.

Всего в 2018 году в производстве было 2,2 млн. дел. Из них 860 тыс. приостановили (подозреваемый или обвиняемый не установлен, не найден или тяжело заболел), то есть уголовное дело не раскрыли.

Отказ от возбуждения дела или его приостановление отчасти можно считать фильтрацией, но несопоставимой с признанием невиновности. Просто по каким-то причинам по делу не могут или не хотят работать.

Из всех дел в производстве по 909 тыс. расследование завершили. 88% расследованных дел передали в суд. 9,3% дел следователи прекратили по нереабилитирующим основаниям (примирение с потерпевшим, возмещение ущерба, сроки давности и пр.).

Подпишитесь на рассылку «Проекта»

Сколько дел отсеивают следователи

На следствии оправдывают лишь 

0,19%

Примечания и источники (!  

По годам
Примечания:
1) Оправданы на следствии – дело прекращено по реабилитирующим основаниям.
2) Оправданы судом – вынесен оправдательный приговор либо дело прекращено по реабилитирующим основаниям.
3) Число оправданных судами по данным Генпрокуратуры отличается от статистики Судебного департамента, поскольку отражает данные только публичного обвинения (без частного обвинения), а также только приговоры, вступившие в силу.

Источник: расчеты «Проекта» по данным Генпрокуратуры на сайте ЕМИСС.


По ведомствам
Примечания:
1) Другие ведомства: МЧС, ФСИН, ФТС.
2) Оценка числа уголовных дел в производстве по ведомствам приблизительная, так как не учитывает перераспределение дел между ними. 3) Прекращение уголовных дел включает реабилитирующие и нереабилитирующие основания.
4) Возвращено прокурором – в порядке ст. 221 УПК РФ для проведения дополнительного расследования.
5) Возвращено судом – в порядке ст. 237 УПК РФ.
6) Оправданы судом – вынесен оправдательный приговор либо дело прекращено по реабилитирующим основаниям.

Источник: расчеты «Проекта» по данным Генпрокуратуры на сайте ЕМИСС, отчета Генпрокуратуры РФ за 2018 год, отчета МВД за 2018 год, а также методологических замечаний ИПП.
*)

Лишь 1760 дел (0,19%) следователи прекратили за отсутствием события или состава преступления. С 2011 года этот уровень упал примерно в два раза (*— с 0,4% до 0,2%*). Это как раз и показывает уровень качественной отбраковки возбужденных и расследованных дел — признается, что работали зря (*, указывает также эксперт ИПП Мария Шклярук*).

Если следователь прекратил дело за отсутствием состава преступления, у него же будут проблемы (*: начальство спросит, почему возбуждали дело, почему преследовали невиновного, куда смотрели раньше, рассказывает бывший прокурор*). Когда дело возбудили, прекращать его уже никому невыгодно. Едва ли не все будут бороться за обвинительный приговор, даже если человек заведомо не виновен (*, подтверждает бывший прокурор*).

В прокуратуре: возврат дела не значит оправдание

Прокуроры возвращают следователям лишь 4% дел. Но это не обязывает их прекращать преследование.

Расследованные дела следователи передают в суд через прокуратуру. Там должны утвердить обвинение. У прокурора выбор небольшой. Он либо возвращает дело, либо должен передавать его в суд (!, следует из ст. 221 УПК РФ*). Права прекратить дело у прокурора нет (*, инициативы предоставить такое право отвергали в Госдуме*).

Казалось бы, некачественные уголовные дела отсеивают прокуроры и судьи, возвращая их следователю. Но это больше похоже не на фильтрацию, а на дружеские советы по улучшению. Возврат дела не обязывает следователя прекращать его, тем более с реабилитацией. Следствие лишь поправляет обвинительное заключение так, чтобы оно гарантированно было принято выше. И может это делать много раз. Следователя не сдерживают формальные сроки следствия, поскольку их продлит начальство. Следователя не сдерживают даже максимальные сроки содержания обвиняемого в СИЗО (! — Конституционный суд позволил продлевать содержание под стражей «в разумных пределах», если дело возвращается на доследование*). То есть пока следователь, прокурор и судьи будут оттачивать свое обвинение, гражданин без приговора может годами по факту отбывать лишение свободы.

Прокуроры и судьи часто ругают следователей (*. «Наступает деградация следователя <…> Для многих наших следователей уголовно-процессуальное законодательство, нормы материального права — это космос», — заявил генпрокурор России Юрий Чайка. «Следователи, увы, разучились собирать и анализировать доказательства», — согласна председатель Мосгорсуда Ольга Егорова*). Но это выглядит парадоксально, ведь почти все расследованные уголовные дела все равно оказываются в суде.

В 2018 году суды вернули прокурорам 14 тыс. дел (2%). А прокуроры на доследование — 34 тыс. дел (4%).

Как прокуроры отсеивают дела в других странах

Во многих европейских странах прокуроры до суда фильтруют значительную часть расследованных уголовных дел, (*, говорится в исследовании экспертов ИПП*).

В Германии в 2016 году из 5,2 млн завершенных расследований прокуроры передали в суд 22%. 37% дел прекратили за отсутствием оснований для подозрений, еще 31% — ввиду нецелесообразности.

Во Франции в 2015 году 27% возбужденных дел прокуроры отсеяли за невиновностью.

Такой качественный отсев дел обвинителями не мешает судьям оправдывать чаще, чем в России.

В мировом суде: оправдают только по частному обвинению

Мировые судьи оправдывают чаще районных, но только по частному обвинению.

К началу нулевых судебную систему существенно реформировали: в 2000 году заработали мировые судьи, а в 2002-м начал действовать новый Уголовно-процессуальный кодекс. В результате оправданий в тот момент стало больше — около 2% на протяжении нулевых годов. Однако вскоре положительный эффект от изменений сошел на нет.

Мировые судьи так и не стали по-настоящему независимыми, избираемыми населением и реально ответственными перед гражданами (!, как заявлялось изначально и как предусматривает ст. 6 закона «О мировых судьях»*). Их встроили в судебную систему и превратили в придаток районных судов. Последние были перегружены, поэтому мировые судьи нужны были, что скинуть на них рутинные гражданские и мелкие уголовные дела (*. Подробнее см. исследование «Российские судьи: социологическое исследование профессии»*).

Как менялось число оправданных в публичном обвинении

6 из 10

всех оправданных — по делам частного обвинения

Примечания и источники (!

Примечания:
1) Оценка по всем судам.
2) Оценка по 1-ой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).
3) Оправданные = Оправдательный приговор + Дело прекращено по реабилитирующим основаниям.

Источник:
Расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС РФ (форма №1).
*)

Мировые судьи в 2018 году признали невиновными 2660 человек — это семь из десяти оправданных всеми судами. Девять из десяти оправданных в мировых судах проходили по делам частного обвинения (о легком вреде здоровью, побоях и клевете), возбужденным по заявлениям, поступившим в мировой суд непосредственно от граждан. Такие дела рассматривают без предварительного следствия. То есть спор между государством и гражданином отсутствует. Равно как нет влияния на судью со стороны силовиков, работавших над обвинением. По делам публичного обвинения, когда гражданин спорит с государством, мировые суды оправдали в 2018 году лишь 0,1% подсудимых.

Только один человек из 50 в мировом суде пытается доказать свою невиновность. Но если это и получается, то в основном по мелким преступлениям частного обвинения. В публичном обвинении шансы на оправдание будут у 7% отрицающих вину (*, по всем судам: 4,2%*).

В военных судах схожая картина: если кого и оправдывают, то по частному обвинению. В областных судах большинство оправданий — в суде присяжных.

Оба случая (частное обвинение и присяжные) — это, скорее, исключение из общей картины: на них приходится менее 1% всех уголовных дел, но более 60% оправданий. Поэтому далее сосредоточимся на данных по районным судам.

В районном суде: больше всего шансов у чиновников

Успех в районных судах ждет лишь одного из 28 несогласных с обвинением. Больше всего шансов доказать невиновность у чиновников, среди регионов по возможности доказать невиновность лидирует Кавказ. Заключение под стражу резко снижает шансы.

Районные суды — это базовая инстанция судебной ветви власти. Они рассматривают 98% материалов, по которым грозит лишение свободы на срок более трех лет (* — средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие преступления*). В 2018 году они решили судьбу 488 тыс. подсудимых, из которых оправдали 1032 человека (0,2%).

Заметна социальная солидарность судей с другими представителями бюрократии. Из 3,4 тыс. привлеченных в 2018 году к суду чиновников (* — государственных и муниципальных служащих — *) 105 оправданы. Это в 18 раз чаще, чем в среднем по районным судам. Чиновников — менее 1% привлеченных к суду, но вступивших в силу оправданий на них приходится 14% (* — 105 из 736*). Также судьи часто выносят чиновникам более щадящие наказания: к примеру, отправляют их за решетку реже несовершеннолетних.

Правоохранителей оправдывают еще чаще: в 5,5% случаев публичного обвинения по сравнению с 3,1% для всех госслужащих (*, говорится в исследовании ИПП по индивидуальным карточкам осужденных за 2009 год*).

Какие шансы у чиновников попасть за решетку

Районные суды оправдывают чиновников в 18 раз чаще и редко лишают их свободы

Примечания и источники (!

Примечания:
1) Оценка по районным судам (без частного обвинения).
2) Данные по форме №10.1 (по приговорам, вступившим в законную силу). Отсюда отличие числа оправданных (726 вместо 1032) от данных по форме №1, в которой отражаются решения суда по 1-ой инстанции, то есть без учета результатов дальнейшего обжалования и рассмотрения.
3) Оправданы – вынесен оправдательный приговор либо дело прекращено по реабилитирующим основаниям.

Источник:
Расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС РФ (форма №10.1).
*)

Сколько в районном суде шансов на оправдание у несогласных с обвинением? В среднем по районным судам доказать невиновность в 2018 году смогли только 3,6% отрицающих вину, то есть каждый 28-й. В последние годы районные судьи ожесточились: наиболее резко в 2015 году на фоне событий на востоке Украины, санкций и борьбы с инакомыслием .

Чаще многих успех ждет обвиняемых в преступлениях против госслужбы — 22%. Не соблюдающие охрану труда, берущие взятки и присваивающие бюджетные средства также встретят большее понимание со стороны районных судей — 13-15%. Одни из самых низких шансов у отрицающих вину в преступлениях против представителей власти (2%) и терроризме (0%).

Легче доказать невиновность районным судьям Кавказа. В Москве судьи одни из самых суровых — готовы поверить лишь 1,4% заявивших о невиновности.

Шанс доказать невиновность

Примечания и источники (!

Примечание: Оценка по 1-ой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).

Источник: расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС России (формы №1, №6) (подробнее см. «Как мы считали»).
*)

Примечания и источники (! 

Примечания:
1) Оценка по районным судам (без частного обвинения).
2) Оценка по первой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).

Источник:
Расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС России (формы №1, №6).
*)

Примечания и источники (! 

Примечания:
1) Оценка по первой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).
2) Оправданные – вынесен оправдательный приговор либо дело прекращено по реабилитирующим основаниям.

Источник:
Расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС РФ (формы №1, №6) (подробнее см. «Как мы считали»).
*)

Примечания и источники (! 

Примечания:
1) Оценка по районным судам регионов России (без частного обвинения).
2) Оценка по первой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).
3) Ульяновская обл.: исключена из рейтинга из-за вероятной ошибки в отчетности, искажающей итоговые показатели (по данным формы №6 Ульяновского УСД, прокуроры обжалуют приговоры в семь раз чаще осужденных, что практически невероятно. Обычно соотношение обратное – жалобы подают чаще всего осужденные).
4) Чечня: данные приведены только за 2018 год из-за отсутствия всей информации по 2017 году.

Источник: расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС России (формы №1, №6).
*)

Примечания и источники (! 

Примечания:
1) Оценка только по районным судам (без частного обвинения).
2) Оценка решений судов – по первой инстанции (с учетом решений, которые не вступили в силу).
3) Вероятности успеха в апелляции и кассации считались как отношение положительных исходов к общему числу поданных жалоб.
4) Шанс оправдания на всем процессе – сумма вероятностей оправдательного исхода на всех этапах, от следствия до Верховного суда.

Источник: расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС России (формы №1, №6, №8), а также статистики Генпрокуратуры на сайте ЕМИСС.
*)

Заключенные под стражу (то есть те, кто на стадии следствия и суда сидят в СИЗО) на порядок теряют шансы на оправдание — всего 0,4%. Тем, кто не сидел в изоляторе, может повезти больше — районный суд их оправдает с вероятностью 13% (*, в 33 раза выше*). Это подтверждает, что фактически будущий обвинительный приговор формирует следствие своим решением о помещении обвиняемого в СИЗО (*, поскольку судьи удовлетворяют 89% ходатайств об этом*).

В апелляции: треть оправданий отменят

Областной суд отменит каждый третий оправдательный вердикт, но лишь 1 из 8 обвинительных приговоров

Итак, даже заявляющих о невиновности районные суды оправдывают нечасто. Но может быть невиновному есть спасение в апелляции?

В 2005 году Конституционный суд разрешил пересматривать оправдательные приговоры, в том числе когда они вступили в силу (для сравнения: в США правительство не может обжаловать оправдательный приговор). И с каждым годом все больше вердиктов о невиновности отменяют.

В 2018 году обжаловано 9 из 10 оправданий районных судов. Из них 43% отменены (*. Оправдательные решения мировых судей по частному обвинению мало кому интересны, поэтому их почти не отменяют*). Из всех 2082 оправдательных приговоров в прошедшем году вступило в силу только 1463.

Как часто отменяют оправдания

Примечания и источники (!

Примечания:
1) Оценка по всем судам.
2) Суд 2 инстанции – вышестоящий суд, который рассматривает апелляционные жалобы на решения суда 1-ой инстанции. Так, апелляционные жалобы на приговоры районных суд рассматривает областной суд.
4) «2 инстанция -619» — число лиц, по которым отменили оправдательные приговоры, кроме случаев, когда вынесен новый оправдательный приговор.
5) «2 инстанция +202» — число лиц, по которым отменили обвинительный приговор и оправдали.
6) Штриховкой обозначены дела частного обвинения, открытые судом по заявлениям от граждан.
7) Данные об отмене оправдательных приговоров по мошенничеству рассчитаны по отчетности за 2017 год.

Источник: расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС России (формы №1, №6).
*)

Зато обвинительными вердиктами вышестоящие судьи довольны гораздо чаще. Даже если подсудимый доказывает невиновность, суд второй инстанции отменит обвинительный приговор с вероятностью только 13%. Вероятность оправдательного исхода при этом всего 0,7%.

В кассации у отрицающего вину шанс на отмену обвинительного приговора еще меньше — 4,7%, на оправдание — 0,2%.

Верховный суд отменит приговор с вероятностью 1,6%, оправданий при этом не будет.

В итоге даже если уверенный в своей невиновности гражданин сможет принципиально пройти весь путь от момента возбуждения дела до Верховного суда, общий шанс на оправдание у него будет всего около 9%. Если же следователи решат поместить его в СИЗО — менее 1%.

Что ждет в ЕСПЧ

Для всех отрицающих свою вину есть еще Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

В последние годы ЕСПЧ получает все больше жалоб из России. В 2016 году их было 5,6 тыс., 2018 — 12,1 тыс. Из нашей страны приходит каждая пятая жалоба.

Шанс на успех в ЕСПЧ — около 11%: Из 8,2 тыс. рассмотренных в 2018 году жалоб суд принял решение только по 906, остальные отверг. В 96% случаев он подтвердил нарушение Европейской Конвенции. В основном это нарушение прав на свободу, личную неприкосновенность и человеческое обращение.

Что важно?

1. Составить жалобу правильно и подать ее вовремя, чтобы ее не отклонили по формальным критериям. 
2. Открыть кейс в суде как можно раньше. Если в самом начале преследования заключили под стражу, обжаловать это решение. 
3. Фиксировать и обжаловать все нарушения. 
4. Набраться терпения. Решения ЕСПЧ по жалобе придется ждать несколько лет.

Как оправдывают в других странах

Во многих развитых странах большое число расследованных дел фильтруют до суда. Тем не менее судьи в разы чаще выносят оправдательные приговоры (acquittal).

Оправдательные приговоры и шанс оправдания в странах мира

Рейтинг по шансу на оправдательный приговор

В США в 2018 году федеральные суды  осудили 74 тыс. человек, из которых 98% пошли на сделку о признании вины. Оправдали всего 314 человек, то есть 17% от тех, кто полностью или частично не признавал вину. В судах штатов картина схожая.

В Англии в 2017 году признавали вину  82% подсудимых королевских судов. Уровень оправданий настолько высок, что позволяет доказать невиновность более чем в 56% случаев.

В Японии оправдательных приговоров в 2013 году было 0,9%. Однако среди отрицавших вину шанс оправдания составит более 11%.

В Германии в 2017 году оправдали 27 тыс. человек. С учетом подавших жалобы на отмену или смягчение приговора несогласных с обвинением было 58 тыс. человек. То есть шанс на оправдание составил более 47%.

Даже в ряде постсоветских государств шанс на оправдательный приговор у отрицавших обвинение в разы выше российских 6%.

Примечания и источники (!

Примечания :
1) Канада: данные по делам, расследованным государственными прокурорами (PPSC). Англия: данные по королевским судам. США: данные по федеральным судам
2) Шанс оправдания: оценка «не менее чем» по статистике оправдательных приговоров судов по уголовным делам, без учета решений о прекращении дел ввиду невиновности. Знак «>» (больше): шанс оправдания подсчитан исходя из количества поданных жалоб на приговор. Знак «>>» (много больше): шанс оправдания подсчитан как число оправданных среди незаключавших сделку о признании вины либо как число оправданных среди всех осужденных (подробнее см. «Как мы считали»).
3) Доверие судам: сколько граждан ответили «да» на вопрос о доверии судам и судебной системе в 2016 году.
4) Израиль — данные за 2008 год, Япония — данные за 2013 год, Мексика — данные за 2014 год, Швеция, Индия, Испания, Польша — данные за 2016 год, Англия, Германия, Турция, Грузия, Нидерланды, Китай — данные за 2017 год, Канада, Франция, Казахстан, США, Украина, Россия, Беларусь — данные за 2018 год.

Источник: расчеты «Проекта» по данным Eurostat, UNODC, OECD, стат. и судебных ведомств стран
*)

В европейских странах правосудие отличается и большим гуманизмом. Например, в Германии в 2016 году осудили 725 тыс. человек, из них лишь 36 тыс. человек (5%) получили реальное лишение свободы. Для сравнения: в России в 2018 году из 682 тыс. осужденных лишены свободы были 197 тыс. человек (29%).

«В Европе стабильная цифра — 20% оправдательных приговоров. Они еще и гордятся своими результатами», — посмеялся над европейцами глава СК Бастрыкин, возможно имея в виду, что это признак плохой работы следствия, а не независимости судей.

Но вот что говорят опросы: в странах с высоким шансом на оправдательный приговор обычно больше граждан доверяют судам и считают их независимыми (*, следует из данных OECD, Eurostat и Gallup*).

Если фабрикуют уголовное дело

«Предприниматель
по фамилии Чайка»

«Блогер-поэт
по фамилии Бастрыкин»

Представим, что у наших знакомых «предпринимателя по фамилии Чайка» и «блогера-поэта по фамилии Бастрыкин» появились злопыхатели, которые решили сфабриковать против них уголовные дела. «Чайку» обвинили в мошенничестве, а «Бастрыкина» — в экстремизме. Что может произойти?

Статья

ст. 159 ч.4 — мошенничество в особо крупном размере

ст. 282.2 ч.2 — участие в экстремистской организации

 Грозит

до 10 лет

2-6 лет

1. Доносы 

В первом случае доносы написали конкуренты, во втором — бдительные кибердружинники из Центра «Э». Не факт, что они сразу произведут впечатление на правоохранителей. По крайней мере, с первого раза. Ведь дело возбуждают по 1 из 5 сообщений о преступлении. Пяти сообщений в среднем будет достаточно.

 Кто донес

Конкуренты

Кибердружинники

Вероятность возбуждения уголовного дела по сообщению о «преступлении»

19%

19%

2. Оперативная работа и следствие

Оперативников и следователей мало что сдерживает в добыче «доказательств»: районный суд разрешит им прослушивать разговоры, копаться в электронной переписке, просматривать банковские операции и много чего еще.

Вероятность, что суд разрешит копаться в электронной переписке, прослушивать разговоры, выламывать двери и обыскивать жилище, отслеживать банковские операции, иные оперативные действия

95-100%

95-100%

3. Жалобы

Закон не позволяет провоцировать или фабриковать преступления. Но это происходит сплошь и рядом: банальное подбрасывание наркотиков нужного веса или оружия, «контрольные закупки», фабрикация нужных экспертиз, показаний свидетелей и т.п. Можно потом обжаловать незаконные действия, но районные судьи закроют на них глаза.

Вероятность, что суд удовлетворит жалобу на следователя и других должностных лиц

4,5%

4,5%

4. Заключение под стражу 

В среднем следователь решает отправить обвиняемого в СИЗО в 27% случаев. При обвинении в тяжком преступлении — более 50%. И «поэту Бастрыкину» выпал тот самый случай. Поскольку его обвиняют в тяжком преступлении, одного этого уже достаточно, чтобы без проблем отправить СИЗО. Районный суд ни во что особо вникать не будет и поддержит все ходатайства по мере пресечения.

Вероятность, что следствие решит заключить под стражу

63%

85%

Суд согласится заключить под стражу

Более 89%

Более 89%

Суд продлит заключение под стражей

Более 98%

Более 98%

5. Оправдание на следствии 

Приостанавливать дело не должны, ведь лицо известно и не думает скрываться. Также дело не прекратят за примирением или другим нереабилитирующим основаниям, ведь «предприниматель по фамилии Чайка» и «поэт по фамилии Бастрыкин» совершенно ни в чем не виноваты, значит и признавать вину им не в чем. У непризнающего вину шанс оправдания следствием 4,5%, но если заключили под стражу — близко к 0%. Скорее всего, все дела пойдут в суд.

Вероятность, что следствие признает невиновным и прекратит дело по реабилитирующим основаниям

4,5%

0%

Следствие передаст дело в суд

95%

100%

6. Районный суд 

Возврат дела в прокуратуру маловероятен, да и ничем принципиально не поможет. В среднем районный суд признает невиновным лишь с вероятностью 3,6%. Но заключенного в СИЗО — 0,4%. Второго героя суд приговорит к реальному сроку в среднем на 5 лет.

Вероятность, что суд вернет дело прокурору

4,7%

4,7%

Суд оправдает

3,6%

0,44%

Реальное лишения свободы

Не больше 55%

Не меньше 55%

Средний срок

5 лет условно

5 лет

7. Апелляция 

Обвинительный приговор суд 2-й инстанции отменит лишь с вероятностью 13% — в большинстве случаев дело вернут на новое рассмотрение либо доследование. То есть предыдущие стадии повторятся заново. Оправдают в апелляции лишь с вероятностью 0,8%, заключенного под стражу — 0,2%.

Вероятность, что суд отменит приговор

12,5%

9,9%

Суд оправдает

0,76%

0,21%

8. Кассация 

Кассационные жалобы очень редко принимают к рассмотрению. Но если принимают и рассматривают дело, то жалобы удовлетворяют. Общий шанс на отмену приговора — 4,7%, при этом на оправдание — 0,2%. У заключенного в СИЗО — 0,06%.

Вероятность, что суд удовлетворит кассационную жалобу

Не меньше 4,7%

Не больше 4,7%

– при этом оправдает

0,2%

0,06%

Верховный суд удовлетворит жалобу

Не меньше 1,6%

Не больше 1,6%

– при этом оправдает

0

0

9. Весь процесс 

В итоге у невиновного, которого судят в районном суде, шанс добиться оправдания на всех стадиях процесса около 9%. У заключенного под стражу — не больше 1%.

Мера пресечения

Без СИЗО

СИЗО

Общий шанс оправдания

9%

Не больше 1%

Результат

5 лет условно

5 лет

*  Персонажи вымышленные, любые совпадения с реально существующими людьми случайны.

Суд присяжных для всех отрицающих вину

Если бы суд присяжных был доступен всем отрицающим вину, 16 тыс. заключенных России могли бы быть оправданы.

Разговоры о расширении полномочий суда присяжных власти ведут уже около 30 лет (*, начиная как минимум с 1991 года*), однако не торопятся это делать: по-прежнему им достается мизерное число дел. В 2010 году присяжные рассмотрели дела 1409 лиц (0,12%), в 2018 — всего 522 (0,06%).

К 2013 году полномочия жюри сильно урезали (*: лишили права рассматривать дела о терроризме, взяточничестве, вооруженном мятеже, половых преступлениях и ряд других*). Но с июня 2018 года жюри присяжных заработали в районных судах. Им разрешили разбирать убийства и тяжкий вред здоровью. Минусом стало уменьшение коллегии с 12 до 8 человек, а в райсудах — до 6 заседателей. То есть обвинителям в теории стало легче влиять на подбор нужных присяжных и оказывать на них давление.

Даже такие урезанные новшества стали для многих судей и обвинителей сюрпризом. В Москве из 13 подсудимых районные суды присяжных оправдали пятерых (38%). Глава Мосгорсуда Егорова свалила вину на следователей: мол, разучились доказывать вину.

Представим, что суд присяжных стал разбирать дела всех несогласных с обвинением. Ему бы пришлось рассмотреть дополнительно не менее 35,2 тыс. дел. Уровень оправданий несогласных с обвинением увеличился бы с 4% до 28% (*, без учета частного обвинения*). 8,5 тыс. человек могли бы быть оправданы.

Если бы судили присяжные, тыс. человек

Суды присяжных могли оправдать еще

8503 человек

Примечания и источники (!

Примечание:
Оценка по всем судам России.

Источник:
Расчеты «Проекта» по данным Судебного департамента при ВС (формы №1, №6, №8) 
*)

Расширение суда присяжных vs Судебные ошибки — что дороже?

В 2018 году суды присяжных рассмотрели дела 522 человек. На вознаграждение, оплату проезда и проживания присяжных ушло 6,4 млн руб., то есть по 12,2 тыс. руб. на одного подсудимого.

Предположим, что при расширении полномочий суда присяжных его выберут только полностью отрицающие вину. Тогда рассмотрение дополнительных 35 тыс. дел потребует дополнительных расходов на содержание присяжных в размере всего 431 млн руб. Это даже меньше, чем траты на составление списков присяжных в 2018 году — 518 млн руб.

Еще для сравнения: общие расходы Судебного департамента в 2018 году составили 213 млрд руб., из которых 33 млрд — пожизненное содержание судей.

Даже если никто не захочет связываться с профессиональными судьями, и в суд присяжных обратятся все, кто не берет особый порядок, то есть около 200 тыс. чел., то и в этом случае расходы на присяжных будут всего 2,4 млрд руб. — в 14 раз меньше, чем расходы на профессиональных судей и всего +1% к судебному бюджету.

С другой стороны. Из 8,5 тыс. не признающих вину, которых мог бы оправдать суд присяжных, около 3,2 тыс. лишены свободы на средний срок в пять лет. В сумме — 15 тыс. лет жизни. Это эквивалентно по меньшей мере 11 млрд руб. ежегодных компенсаций за незаконное уголовное преследование (*, исходя из расчета 2 тыс. руб. за один день лишения свободы*). Такова цена возможных судебных ошибок в России.

Уровень оправдания несогласных с обвинением, который демонстрирует суд присяжных, при всех его недостатках как раз отражает нормальный уровень правосудия (*, говорится в диссертации Алексея Абрамова*). Большинство юристов и ученых сходятся во мнении, что необходимо расширять полномочия суда присяжных. В первую очередь, по тяжким и особо тяжким составам, по которым последствия ошибок самые тяжелые.

Фантастика ли это? Скорее, нормальная практика. В США суд присяжных может рассмотреть любое уголовное дело, по которому подсудимому грозит более шести месяцев (!, следует из ст. 3 Конституции США и постановления Верховного суда по делу Baldwin v. New York, 1970*). В конце концов в 1991 году Верховный Совет РСФСР одобрил Концепцию судебной реформы, в которой предлагалось конституционно закрепить право граждан на рассмотрение их дела судом присяжным, если грозило наказание более года лишения свободы.

Сейчас в тюрьмах и лагерях не менее 16 тыс. (3%) отрицавших вину заключенных, которых могли бы полностью оправдать присяжные заседатели (*, следует из нашей оценки ежегодно осуждаемых отрицающих обвинение и их срока лишения свободы*). Еще больше тех, кто мог бы добиться в суде присяжных частичного оправдания и меньшего срока и тоже быть сейчас на свободе. И гораздо больше тех, кто потерял всякую надежду и просто смирился со своей участью.

В Конституции провозглашена презумпция невиновности: «Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность». Но ему не просто приходится это делать в заведомо неравных условиях. Беда в том, что при злонамеренном обвинении доказать судье невиновность шансов практически нет.

Госкорпорация «Правосудие».

Подкаст о том, можно ли доказать невиновность в российском суде 

Не пропускайте новые материалы

Читайте нас в