«Простой, как граненый стакан»
Фрагменты из книги «Царь собственной персоной», посвященные Вячеславу Володину
Многолетний соратник Путина и председатель Госдумы Вячеслав Володин на прошлой неделе побил все мыслимые рекорды — впервые в истории всех Дум, включая как царские, так и современные, действующий спикер возглавил ее в третий раз. Кроме этого его переизбрание поддержали все без исключения фракции, причем на встрече с президентом лидеры так называемой «системной оппозиции» восторгались Володиным так, будто говорят о самом Путине. «Проект» публикует фрагменты из книги «Царь собственной персоной», в которых Роман Баданин и Михаил Рубин рассказывают о том, как этот человек много лет боролся со слухами о своей ориентации и одновременно был инструментом для проведения наиболее одиозных идей президента.
Роман Баданин, Михаил Рубин
Главным символом лицемерия в российском парламенте может служить его спикер и приближенный Путина — Вячеслав Володин.

Каждый раз, когда Госдума выступает с гомофобным заявлением, российские социальные сети взрываются шутками про Володина, и вот почему. Спикер — выходец из Саратовской области, где он дорос до должности вице-губернатора. В конце 90-х переехал в Москву, где начал одновременно строить карьеру федерального политика и бизнесмена, став совладельцем масложировых комбинатов. Из-за последнего факта за Володиным закрепилось прозвище «Молочник», но это его мало волнует.
«Гей, медведи»
Несравнимо серьезнее Володин переживает из-за другой славы, окружающей его имя с тех давних пор. В середине 2000-х в саратовской прессе вышли две статьи под названиями «Гарпун партии» и «Гей, медведи». В первой статье рассказывалось, как во время отдыха на роскошной яхте с группой товарищей Володин якобы случайно ранил из ружья для подводной охоты молодую девушку. Статью «Гарпун партии» и сейчас можно найти в сети, хотя российский суд по требованию Володина счел публикацию «клеветой» и наказал ее автора.
Иное дело со второй заметкой — ее следы исчезли, в интернете не найти ни одной ее перепечатки. Бывший аппаратчик «Единой России», не вдаваясь в подробности, рассказывает, что Володин лично контролировал, чтобы текст всеми правдами и неправдами исчез из публичного доступа 
Весной 2013 года ЛГБТК-активист Николай Алексеев в радиоэфире уверенно сообщил о «нетрадиционной ориентации» Володина. На тот момент, согласно официальной биографии, чиновник не был женат и не имел детей, что лишь усиливало слухи. В течение следующей пары лет Володин оправдывался — например, в подконтрольной властям газете «Известия» появилась статья, где сообщалось, что компромат о гомосексуальности Володина «заказал госдепартамент США» 


Володин явно нервничал. В конце лета 2015 года нескольких журналистов, включая одного из авторов этой книги, внезапно пригласили на встречу с ним. К удивлению журналистов, их позвали не в рабочий кабинет чиновника, а в роскошный подмосковный особняк (Володин утверждал, что заработал на этот дом за время своей бизнес-карьеры). Замглавы кремлевской администрации провел экскурсию по участку — и, познакомив журналистов со своей собакой, как бы невзначай сообщил, что у него есть еще и женщина (ее имя — Яна Полякина) и общие с ней дети. И тут же их показал.
Тот факт, что Володин боялся намеков на свою половую жизнь, вовсе не удивителен. В этом, не поверите, тоже виноват Владимир Путин. Когда в 1999 году Путин, тогда глава ФСБ, использовал «медовую ловушку» (так в спецслужбах называют операцию по шантажу или дискредитации с участием подставного сексуального партнера) для своего врага, генпрокурора Юрия Скуратова, он задал своего рода «золотой стандарт» в этом грязном ремесле. При президенте Путине эта практика будет много раз применяться против его соперников, а также против случайных людей, которые кому-то чем-то не угодили (всякое преступление, если его безнаказанно совершают власти, становится привлекательным и для простых смертных).
Конфликт с Ковальчуком
Вячеслав Володин по-прежнему большой политик, хотя уже без далеко идущих перспектив. В 2016 году он поссорился с путинским «консильери» Юрием Ковальчуком и с тех пор занимает хоть и высокий, но в российских реалиях ничего не значащий пост спикера Госдумы. Наверное, Володин часто вспоминает судьбу одного из своих предшественников, Бориса Грызлова, которому в какой-то момент просто «не нашли места» при путинском дворе. Зато в семье у Молочника все в порядке, по крайней мере с деньгами — у той самой Яны Полякиной, которую спикер показывал прессе как доказательство своей маскулинности, откуда ни возьмись появились бизнес и роскошная недвижимость.
Национализация элит
В 2012 году Путин, вновь полноправный властитель России, эффектно выступал перед депутатами и сенаторами. Он как будто произносил вторую часть своей мюнхенской речи, только теперь для внутренней аудитории. «Подождите аплодировать, — притворно остановил он собравшихся. — Может, вам не все понравится еще» (как будто он не знал, что парламент уже был к тому времени превращен в «место не для дискуссий») 


Это были госслужащие, которые по примеру только что свергнутого президента Медведева обзавелись телефонами от Apple, машинами от Mercedes, часами от многочисленных швейцарских брендов, госслужащие, отдыхавшие в Альпах и Майами, зачастую на личных виллах, отправившие детей учиться в Лондон и Нью-Йорк. Так что аплодисменты были липовыми, как и вся провозглашенная Путиным «национализация». Как уже не раз бывало, его риторика разбивалась о квадратные метры. Поначалу президент и его советники из числа самых рьяных хотели было запретить чиновникам еще и заграничную недвижимость. Эту идею — еще до речи Путина — обсуждали с членами кабинета министров. Те взбунтовались, выдвинув ультиматум: они уйдут в отставку, если от идеи с недвижимостью не откажутся.
Усмирять министров отправился тогдашний первый замглавы президентской администрации Вячеслав Володин, уже известный вам придворный лицемер. Между чиновниками состоялся очень характерный диалог 
— В стране есть запрос на национализацию элит, — говорил Володин.
— В стране есть запрос вздернуть нас на ближайшем столбе — этот запрос мы тоже будем выполнять? — кипятился в ответ один из министров.
Членам правительства было что терять. Двое вице-премьеров владели недвижимостью в Италии (Ольга Голодец, у которой жилье было и в Швейцарии, а также Александр Хлопонин). У министра образования Дмитрия Ливанова был дом в Испании, а у министра труда Максима Топилина — в Болгарии, хотя для небольшой конспирации они и записали имущество на жен. Но это только официально. При помощи скрытых схем особняками и квартирами на Западе к тому времени владела чуть ли не вся элита, так что идею с запретом на недвижимость Путину пришлось отложить — даже царю сложно спорить с самой природой. Вместо этого чиновникам и депутатам придумали, так сказать, ни к чему не обязывающую обязанность: отражать свои зарубежные квадратные метры в декларациях (местонахождение собственности и другие ее характеристики можно было не указывать). Но даже это требование многие стали просто игнорировать.
«Пехтинг» — смешное слово, часто гулявшее в российских СМИ периода 2012−2013 годов, симбиоз термина для описания предварительных ласк в сексе и фамилии главы комиссии Госдумы по этике Владимира Пехтина. Этот депутат от «Единой России» отвечал в парламенте за соблюдение своими коллегами требований закона и морали. Главным образом он обличал тех, кто шел против Путина. И вот досада: сам Пехтин стал объектом болезненных ласк со стороны тогда еще молодого блогера и политика Алексея Навального. Тот обнаружил у главы комиссии по этике дорогую недвижимость в США, которую депутат «забыл» задекларировать 
Пехтину не повезло вдвойне. Путину на волне «национализации элит» требовался козел отпущения. В итоге Пехтин сдал мандат Госдумы навсегда и отправился в самое настоящее политическое небытие — когда мы заканчивали эту книгу, бывший глава этического комитета работал техническим директором строящейся электростанции на севере Ленинградской области.
Закон подлецов
Формально юридическая норма, вошедшая в историю под названиями «закон Димы Яковлева» и «закон подлецов», была всего лишь поправкой к другому закону. Кстати, и сейчас можно с хорошей вероятностью определить политические взгляды человека, услышав, каким из двух вариантов названия он пользуется. Настолько символичной в современной истории России была эта «всего лишь поправка».
Дело началось задолго до декабря 2012-го. Путин, вернувшийся в начале того года на место президента, нашел себе нового порученца по внутриполитическим вопросам — традиционно этими темами ведает первый замглавы президентской администрации. Этот пост с начала 2012 года занимал упоминавшийся выше Вячеслав Володин, лицемер и коррупционер, по-настоящему сосредоточенный в своей карьере всего на двух вещах — подхалимаже перед Путиным и маниакальном вычищении из интернета публикаций о своей не то мнимой, не то реальной гомосексуальности. Володин — не слишком интеллектуальный номенклатурщик, когда-то окончивший Саратовский институт сельхозмеханизации, — всегда считал образование и воспитание российских детей своим коньком. Быть может, на это повлиял и тот факт, что мальчик вырос без отца на попечении матери-учительницы. Получилось довольно взрывное сочетание: недавно назначенный куратор внутренней политики, недалекий карьерист с амбициями педагога и мечтой угодить Путину. Ко всему прочему, у Володина были, если так можно сказать, советские представления о политике: согласно его верованиям, вождь нации должен опираться на архетипичные социальные слои времен «развитого социализма» — трудовые и сельские коллективы, женские организации, научную интеллигенцию. «Он простой, как граненый стакан», — описывал Володина его коллега в разговоре с одним из авторов этой книги 
Для своих целей Володин в конце 2011 года притащил в Госдуму множество безымянных проходимцев, соответствующих его представлениям об опорах режима. Многих притащил буквально из своего родного Саратова. Оттуда, например, происходила пара активисток, чья большая карьера была столь же позорной, сколь и скоротечной: Ольга Баталина и Людмила Бокова, прежняя секретарша Володина и бывшая учительница средней школы из райцентра в Саратовской области. В Госдуме к этой компании присоединились пара уже проверенных оппортунисток — депутатки Екатерина Лахова и Елена Афанасьева, педиатр и опять же учительница. Получился сплоченный коллектив мерзавцев с фиксацией на российских детях. До поры у этой связанной взаимной преданностью и карьеризмом группы не хватало главного — ума, чтобы придумать идею, достаточно подхалимскую для предъявления Путину.
Но идея, к сожалению, нашлась. На протяжении всего 2012 года американский конгресс, а также политики в Великобритании и других странах Европы обсуждали так называемый «акт Сергея Магнитского». Как мы уже говорили, так был назван закон, вводивший финансовые и визовые ограничения в отношении российских чиновников и силовиков, замешанных в нарушении прав человека (название документ получил по имени юриста Сергея Магнитского, погибшего в московской тюрьме, куда его бросили за предание гласности фактов коррупции). Нижняя палата американского конгресса приняла закон в ноябре 2012 года, что символично, одновре-менно отменив действовавшую долгие десятилетия поправку Джексона — Вэника. Эта поправка, вступившая в силу еще в 1974 году, ограничивала экономические контакты с СССР, как со страной, нарушающей права человека (в частности, право на свободную эмиграцию евреев). Получалось, что Вашингтон, отменяя одни санкции против Москвы, тут же вводил новые.
Если разобраться, и первый, и второй американский законы не несли для России тяжелых последствий. Поправка Джексона — Вэника к 2012 году оставалась реликтом холодной войны, мало влияющим на деловую практику. «Акт Магнитского» касался только ограниченного и очень выборочного списка чиновников. Зато оба закона несли огромный символический заряд — из-за океана Путину указывали, что его режим неотличим от советского и потому заслуживает наказания. В 2024 году, когда мы пишем эти строки, нам кажется само собой разумеющимся, что Россия обложена всевозможными международными санкциями — финансовыми, промышленными, визовыми и проч., и проч. А в 2012-м «Акт Магнитского» был натурально первым законом такого рода. Конечно, это взбесило Путина и заставило его свиту искать способы утолить царский гнев. Как рассказывал подчиненный Володина 

Мы в разное время и не один раз общались с депутатками Лаховой и Баталиной. Судя по тому, что мы видели и слышали, они вряд ли могли придумать и тем более написать столь вычурно жестокий закон. Скорее всего, проект все же составляли подчиненные Володину письмоводители в Кремле, и было это задолго до внесения документа в Госдуму. Баталину и Лахову это, впрочем, не извиняет. Кремль сделал их лицами «закона подлецов» — они должны были позориться перед микрофонами и телекамерами, расхваливая людоедскую идею. Когда законопроект был готов, Кремль устроил представление своего крепостного театра.
Основной законопроект внесли 10 декабря — под ним стояли подписи сотен подвластных Кремлю депутатов и сенаторов, большинство из которых, разумеется, видели текст впервые. В проекте, однако, не было ни слова о сиротах, закон вообще выглядел беззубым. В ответ на визовые санкции против наших мы вводили такие же беззубые ограничения против американских чиновников. Бряцание даже не настоящим, а бумажным оружием. Конечно, поправка о детях была к тому моменту уже готова — но ее придержали, чтобы не злить общество и не бросать тень на Путина, который через два дня, 12 декабря, оглашал свое ежегодное послание парламенту. В тот день Путин сформулировал на людях доктрину «духовных скреп», а уже 17 декабря депутаты, как будто развивая президентские идеи, внесли поправку о сиротах. 19 декабря ее вместе со всем законом приняли во втором и основном чтении. Дальше все было делом техники — норма начала действовать уже в январе 2013 года. Под ключевой поправкой стояли подписи Лаховой и Афанасьевой. Обе женщины даже не пришли на заседание депутатского комитета, обсуждавшего «их» предложение.
Спустя годы приятно думать, что в тот момент депутатками овладело чувство стыда. Но если и так, то очень скоро Лахова, Афанасьева, Баталина и другие депутаты обоих полов явно стерпелись со своей позорной ролью, раздали десятки злобных интервью и впоследствии напринимали еще множество репрессивных законов. Занимательно, что по канонам кремлевского театра на роль авторов и популяризаторов столь чудовищной нормы нарочно выбрали женщин, чьих-то матерей. Так аудитория должна была поверить в искренние мотивы нововведения и не заметить, что весь его смысл состоял в удовлетворении властных амбиций правителя. Путин мог аплодировать своим актрисам. У слова «актер» в русском языке есть женская форма, а у «подлеца» — нет.
Продолжение читайте в электронной версии книги «Царь собственной персоной».
Как купить книгу
Книгу Романа Баданина и Михаила Рубина «Царь собственной персоной. Как Владимир Путин обманул всех нас» можно купить на сайте издательства.
Заказать