Что известно об истории Ивана Сафронова? До сих пор ничего, кроме одного знакомого в Чехии

12 июля 2020

В понедельник ФСБ предъявит обвинение бывшему журналисту Ивану Сафронову. Он уже пять дней в Лефортово, но даже адвокатам известно только самое общее: якобы Иван передал некую информацию спецслужбам Чехии.

Этого человека зовут Мартин Лариш. В 2016 году Иван прилетел в Прагу и выложил в Instagram фотографию Лариша и его супруги с подписью: «Главное в Чехии — друзья» (скрин — в следующем посте).

Эта дружба, скорее всего, была профессиональной. В 2010-2012 гг. (когда якобы был «завербован» Иван) Лариш работал в Москве, корреспондентом газеты Lidové noviny, потом ушел в бизнес (причем успел поработать в Грузии и на Украине). Параллельно и до нынешнего момента он — директор некоего Центра анализа и профилактики безопасности (это все судя по его странице в Linkedin и словам его знакомых).

С «Проектом» Лариш говорить не стал: в течение последних дней он не подходил в телефону, не отвечал в мессенджерах и по почте. Не общался он эти дни и со знакомыми, которых «Проект» и чешские журналисты (мы обращались к ним за помощью) просили с ним связать.

Лариш, как следует из его данных в Linkedin, владеет семью языками, а его центр выпускает основанные на открытых данных доклады о безопасности в Восточной Европе и Африке (именно за передачу якобы секретных данных о военных поставках в одну из африканских стран и был задержан Сафронов)

В Москве Лариш успел познакомиться с большим числом людей: среди его «друзей» в Facebook многие эксперты (в том числе близкие к Кремлю) и журналисты. Мы опросили некоторых из них: Лариш общался с ними либо как журналист, либо как эксперт, а государственных тайн выяснять не пытался.

Мы не знаем, связан ли этот человек со спецслужбами и фигурирует ли он в деле. Но до сих пор российские власти и следствие не предъявили никаких доказательств того, что Иван общался с агентами чешских спецслужб и, что еще более важно, делал это умышленно. Как сказал «Проекту» адвокат Евгений Смирнов, Иван мог общаться и с чехами, и любыми другими иностранцами, но это не является преступлением (при этом, по его словам, в той части дела, что видели адвокаты, никаких имен и фирм не фигурирует).

Все последние дни журналисты записывают обращения с требованием провести открытый процесс. «Проект» присоединяется к требованию коллег.