Цикл «Медицина катастроф»

Санаторий строгого режима.

Рассказ о том, как карантин закончился не для всех

Светлана Осипова, 29 июня 2020


Уже почти три месяца на строгой изоляции, в отрыве от домов и семей, находятся сотрудники российских атомных электростанций. Эта история характерна во многих отношениях: она сомнительна с точки зрения закона, показывает бессмысленность жестких мер, а еще готовность власти забыть обо всем ради «обнуления».

Соглашайтесь

3 апреля, когда москвичей обязали изолироваться в своих домах, Виктору  — имя изменено по просьбе героя — × позвонил начальник и сообщил, что из-за коронавируса ему нужно на время оставить семью и уехать из дома. Это звучало странно: Виктор живет в Курской области, он — сотрудник блочного щита управления (БЩУ) местной АЭС. Но после этого звонка события развивались стремительно: уже на следующий день мужчина вместе с другими сотрудниками БЩУ приехал в местную поликлинику и сдал тест на коронавирус. Тут же их встретил один из руководителей станции и дал на подпись бумагу — добровольное согласие временно изолироваться в местном санатории-профилактории.

В шапке документа написано «Согласие», из текста следует, что решение о необходимости изолировать сотрудников исходит от руководства «Росатома»

Уезжать на изоляцию в санаторий без семей никто из работников не хотел, но согласие все же подписали. Руководители АЭС убедительно говорили, что изоляция нужна ради безопасности сотрудников, каких-то специальных вещей с собой в санаторий брать не нужно, продлится она две-три недели — не больше. «Никто и не предполагал, что изоляция может затянуться», — вспоминает Виктор.

Он собрал вещи, попрощался с женой, из документов не взял ничего, кроме пропуска на АЭС, рассчитывая скоро вернуться домой. 5 апреля сотрудников БЩУ на автобусе привезли в санаторий «Орбита»  — санаторий-профилакторий в Курской области, принадлежащий «Росатому» × , который находится в нескольких километрах от станции.

Санаторий «Орбита». Источник: rosminzdrav.ru

Их поселили в комнаты по два человека, кормили сносно. Но в остальном режим довольно строгий — интернет не работал, поэтому связь с домом до последнего времени была лишь по телефону, из развлечений — только телевизор. Но главное — сотрудникам не разрешали отходить от корпуса санатория дальше, чем на 100 метров. Единственный выезд за пределы — на работу, причем строго на специально организованном автобусе. Забирают на территории санатория, высаживают — прямо на территории станции, рассказывает Виктор. Назад — то же самое.

В начале мая, когда власти многих регионов начали постепенно снимать ограничения, сотрудники станции ждали, что им разрешат поехать домой. Но их не отпустили, начальник станции сказал: «Ждите. До особого распоряжения».

Подписывайте

Кто такие сотрудники БЩУ атомной станции и чем они важны — многие узнали из сериала «Чернобыль». Это те самые люди в белых халатах в помещении с серо-белыми панелями управления, приборами контроля, экранами, рычагами и индикаторами. Они управляют работой реакторов и всех технологических элементов атомной электростанции. Это очень важные люди на любой АЭС, их даже называют «критически важными»  — так их называл представитель руководства «Росатома», отвечая на официальном форуме на вопросы родственников изолированных сотрудников × .

Смоленская АЭС. Источник: Росатом

Если среди этих людей начнется эпидемия, то заменить их будет очень сложно: все должности от инженера до начальника смены требуют лицензии Ростехнадзора и сдачи специального экзамена. А без этих сотрудников работа энергоблока станции просто невозможна . Согласно технологическому регламенту управления реакторами и энергоблоками, управлять работой энергоблока должен определенный состав работников. Если хотя бы один человек из смены заболеет, его необходимо заменить. Это значит, что, если заменить сотрудника некем, исходя из этих правил, блок надо останавливать, говорит «Проекту» работник АЭС, ссылаясь на слова начальства × .

Поэтому с началом эпидемии коронавируса руководство «Росатома» постановило решить проблему кардинально — изолировать сотрудников БЩУ по всей стране. На сайте «Росатома» можно найти официальное заявление главы госкорпорации Алексея Лихачева о том, что всех сотрудников, «которые обеспечивают непрерывность производственных процессов» и работают на ядерных установках, изолируют в санаториях-профилакториях  — санатории, в которых изолировали сотрудников, принадлежат «Росатому» × . Так сотрудников БЩУ по всей стране стали отправлять в изоляцию.

Всего в России функционирует 11 атомных электростанций, на них работают чуть больше 1000 сотрудников блочного щита управления. Расчеты таковы: на каждой станции в среднем по четыре энергоблока, на один энергоблок приходится около 30 сотрудников БЩУ, которые работают сменами по 3-5 человек. Сейчас эти люди и их родственники активно описывают свои проблемы на форумах, а работники Ленинградской АЭС даже стали снимать для соцсетей видео о своей жизни на изоляции.

Работники ЛАЭС показывают свой быт и рассказывают, что соскучились по дому. Источник: Группа ЛАЭС во «Вконтакте»

Работника БЩУ Ленинградской АЭС Артема , имя изменено по просьбе героя × вместе с коллегами привезли в санаторий-профилакторий «Копанское» 9 апреля. Все происходило в точности так же, как у Виктора на Курской АЭС, кроме одной детали: его сначала привезли в санаторий и только там задним числом дали подписать согласие на изоляцию.

Директор Департамента коммуникаций «Росатома» Андрей Черемисинов в разговоре с корреспондентом «Проекта» говорит, что и семьи, и сотрудники относятся к ситуации с пониманием. «Вы думаете, мы их держим на цепях [в санаториях]? Они идут в эти санатории, понимая свою ответственность», — говорит Черемисинов.

Незаконная изоляция

Комментарий специалиста по трудовому праву Николая Зборошенко:

«Действия руководства, связанные с такого рода изоляцией сотрудников, не соответствуют ст. 8 Европейской конвенции — „права на уважение частной и семейной жизни“ × . Эти люди же не приговорены к лишению свободы и не помещены под арест. Получается, что во внесудебном порядке ограничена их свобода. Это грубое нарушение, оно несовместимо с международными обязательствами Российской Федерации. Если по какой-то причине в их трудовом договоре есть пункт о подобной изоляции, это тоже незаконно. Договор должен соответствовать Трудовому кодексу. Если в него внесены положения, которые ему не соответствуют, и даже если под этим подписался работник, эти положения все равно не подлежат применению. А согласие на добровольную изоляцию, [на которое ссылаются сотрудники АЭС], юридически ничтожно. В подобных случаях можно попробовать отстоять свои права, обратившись в трудовую инспекцию. А если она не работает, то идти в суд».

По закону — ФЗ от 08.03.2011 «Устав о дисциплине работников организаций, эксплуатирующих особо радиационно опасные производства и ядерно опасные производства и объекты в области использования атомной энергии» — × у сотрудников АЭС больше ограничений, чем у работников других сфер. В числе прочего закон не запрещает сотрудникам АЭС выдвигать требования, но запрещает устраивать забастовки. Это значит, что самовольно сотрудник станции, в том числе БЩУ, не выйти на работу не может. Об изоляции и иных мерах, которые могут быть предприняты по отношению к работникам, в законе не сказано.

«Проект» поговорил с изолированными в санаториях сотрудниками и выяснил, что в действительности их согласие на пребывание в профилакториях не совсем добровольное.

Подпишитесь на рассылку «Проекта»

Терпите

Вместо обещанных на период пика эпидемии двух-трех недель сотрудники БЩУ провели в изоляции сначала весь апрель. Потом — май. Руководство станций домой их не отпускало, на вопросы, как долго это будет продолжаться, ничего конкретного не отвечало. Работники возмущались, их семьи — ждали.

Артем сначала не воспринимал изоляцию всерьез, думал, что, если понадобится, сможет покинуть профилакторий без особых препятствий. То, что изоляция — не простая формальность, он понял, когда его коллеги ушли с территории санатория погулять: их вернули почти сразу. Руководство станции даже грозилось их уволить, но на первый раз обошлось.

После этого в профилактории «Копанское» появился регламент поведения. Похожий был и в санатории для сотрудников Курской АЭС — помимо стандартных правил, предписывающих не портить казенное имущество, он еще раз запрещал сотрудникам покидать территорию. И всем желающим уехать домой теперь сразу давали понять — придется увольняться.

Правила проживания в санатории-профилактории «Орбита» для работников Курской АЭС в режиме изоляции

«Пребывание в санатории стало походить на комфортный концлагерь. Сотрудникам, которые просили отпустить их домой, руководство говорило, мол, нам будет вас не хватать, но мы справимся. Так что особо выступать никто не стал», — рассказывает Артем.

В качестве иллюстрации другой сотрудник Ленинградской АЭС прислал корреспонденту «Проекта» популярный среди обитателей профилактория мем:

Источник: изолированные в санатории-профилактории «Копанское» сотрудники БЩУ

Все сотрудники БЩУ, с которыми удалось поговорить «Проекту», упоминают, что всем недовольным угрожали либо увольнением, либо санкциями — урезанием зарплаты или проблемами на переаттестации в случае протестов или самовольного ухода из санатория. В то, что дело дойдет до увольнения, мало кто верит, а вот санкции сотрудники воспринимают как вполне реальную угрозу.

Возможно, чтобы снизить градус недовольства, в мае, когда в некоторых регионах стали постепенно снимать карантинные ограничения, изолированным сотрудникам доплатили по 30 тыс. рублей  — это примерно треть зарплаты сотрудника БЩУ, говорит один из работников × , а руководители отдельных станций разрешили сотрудникам ездить по очереди домой. Но многих и это не удовлетворило — уставшие от ожидания родственники стали активно писать жалобы на форуме атомного сообщества.

Комментарии родственников на форуме работников Росэнергоатома

Пользователь strim:

«Мало того, что людей закрыли, так ещё и устраивают зоновские порядки. В частности руководство САЭС устраивает по утрам в комнатах обыски и заставляет всех дуть в трубки на алкоголь. И неважно, выходной у человека или нет. А кто отказывается, того увольняют, да-да, я не преувеличиваю, такой случай имеет место быть. И угрожают, что так будет с каждым. Запрещены все спортивные мероприятия и совместный досуг. Люди на пределе, психологический климат в коллективе никакой, а ведь эти люди управляют реакторами».

Пользователь Sasha33:

«Здравствуйте! Скажите пожалуйста когда вернутся домой работники БЩУ? Вот у же 2 месяца критически важный персонал Ростовской АЭС находится на изоляции!!! Все это время дети не видят отцов и неизвестно когда увидят! Как ответить ребенку на вопрос: „Когда папа вернется домой?“. И это тогда когда по всей стране идет ослабление режима изоляции и вся страна готовится к параду Победы! Замены персонала, даже на короткий срок, нет, т.к. не хватает резерва!!! Хотелось бы знать конкретную дату или критерии окончания изоляции!!! Мы очень скучаем по папе и мужу!!!» Сотрудников Ростовской АЭС отпустили на «домашнее пребывание» 24 июня. ×

Представители «Росатома» отвечали в привычной манере, упирая на сложность ситуации, вынужденные меры, ответственность и терпение, которые должен в это непростое время проявлять каждый, и главное — безопасность сотрудников.

Не болейте

Изоляция в санаториях должна была уберечь сотрудников БЩУ от вируса, но несмотря на радикальные меры, они все равно заболевали. Виктор рассказывает: каждую неделю у изолированных сотрудников Курской АЭС брали мазки, и периодически чей-то результат оказывался положительным. Кто-то контактировал с персоналом профилактория, а эти люди, в свою очередь, ездили домой и могли быть заразны. Кто-то — по производственной необходимости пересекался с неизолированными коллегами на АЭС.

Людей с положительными тестами сначала отправляют в так называемый изолятор на территории профилактория — обычные комнаты на одного человека. Там сотрудника несколько дней наблюдают врачи, после чего принимают решение, куда его отправлять. Варианта, как показала практика, два: в больницу или домой.

В числе зараженных оказался и Артем — когда его тест на коронавирус оказался положительным, он жил в санатории уже два месяца. Тогда мужчину просто попросили быстро собраться и, ни с кем не контактируя, уехать домой  — рассказывает Артем × .

«Ладно я, но у нас после первого случая заражения домой отправили вообще всю смену с того блока, на котором работал заболевший. В этом один из парадоксов заявления директора. Он, убеждая нас подписать согласие [на изоляцию], упирал на то, что это делается для нашего блага, чтобы мы в том числе не заразили своих родственников», — рассказывает Артем. Последний месяц он находится дома вместе с семьей.

Комментарий директора Департамента коммуникаций «Росатома» Андрея Черемисинова:

У нас на первом месте безопасность людей. В данный момент «Росатом» — самая безопасная компания, я и по себе это чувствую. Всего у нас заболело около 860 сотрудников, из них примерно 70% [переносят болезнь] бессимптомно. У нас количество тестов на 1000 человек значительно больше, чем в среднем по стране. Сотрудников БЩУ среди заболевших нет.

Виктор предполагает, что сотрудники в профилакториях подвергаются даже большему риску, чем те, кто ходит на работу в обычном режиме: по его словам, в санатории «Орбита» коронавирус за все время выявили у шести сотрудников БЩУ и пяти работников санатория.

«У нас процент заболевших выше, чем на АЭС, среди свободных работников. И если раньше руководство станции сразу изолировало всех, кто контактировал с зараженным, то теперь решения принимаются как-то избирательно, изолируют меньшее количество, чтобы не было паники и дефицита персонала», — говорит Виктор.

Болели и сотрудники в санатории Смоленской АЭС. Об этом 26 мая рассказал сам Лихачев — коронавирус подтвержден у 42 сотрудников, в их числе были и работники БЩУ.

Голосуйте

Сотрудников АЭС лишили права на свободное передвижение, но не права поддержать «обнуление» сроков Владимира Путина. За несколько дней до старта общероссийского голосования (началось 25 июня) изолированным работникам Курской АЭС раздали странные именные свидетельства участника голосования c QR-кодами. Формально это свидетельство о том, что человек уже проголосовал и может получить сувенир. Но поскольку свидетельства раздавали заранее и они были именными, то быстро появились предположения, что руководство решило с их помощью контролировать явку. В бумаге была еще одна странность: голосование называется «одобрением поправок», то есть почему-то подразумевается, что получатель проголосовал «за».

Свидетельство участника голосования

С 27 июня в изолированные санатории начали привозить урны (на ночь их оттуда, по словам сотрудников, увозят). И на этот раз вновь не обошлось без коллизий. Виктор, а также еще несколько сотрудников все это время жили в санатории без паспортов — они оставили документы дома, потому что даже предположить не могли, что «добровольная» изоляция растянется на три месяца.

«Мы спрашивали у руководства, как же мы будем голосовать — через курьеров же паспорт передавать нельзя. Руководство станции сказало, что раз нет паспорта, мы голосовать не будем», — говорит Виктор.

26 июня то же самое руководство все же разрешило родственникам привезти в санаторий паспорта — потому что у каждого должно быть право голоса.

* * *

23 июня, за два дня до начала голосования за поправки в Конституции, сотрудникам некоторых станций начали разрешать возвращаться домой.

До сих пор изолированы в санаториях работники БЩУ Ленинградской, Смоленской и Курской станций , рассказывают сотрудники АЭС. Многие из них за все это время ни разу не смогли съездить домой × .

«Добровольно-принудительное проживание накладывает свой отпечаток на психоэмоциональное состояние персонала. По сути, это „комфортное“ заключение всем нам порядком надоело. И главное, перспектив на освобождение пока не видно», — рассказывает «Проекту» один из сотрудников Ленинградской АЭС.

Светлана Осипова

Корреспондент. После окончания вуза начала сотрудничать с Радио Свобода, проходила стажировку в пражском бюро. С апреля 2020-го начала работать с командой «Проекта». Пишу о пенитенциарной и судебной системах России и верю, что свободным можно оставаться везде.

В эпицентре

Подкаст о том, как российские врачи сражаются с эпидемией коронавируса

Автор — Соня Гройсман
Редактор — Елизавета Сурначева
Звукорежиссер — Алексей Зеленский
Обложка — Анастасия Самохина

Подписаться на подкаст:

Apple Podcasts Castbox Google Podcasts Яндекс.Музыка ВКонтакте Overcast Spotify SoundCloud YouTube